Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков

В конце XVIII века Вильгельм Генрих Вакенродер пишет очерк «Видение Рафаэля», в каком содержится легенда о разработке самой известной картины художника «Сикстинской Мадонны» (ок.1513). Эта легенда приобретает огромную популярность в Германии, а в 1826 году в Москве публикуется книжка «Об искусстве и художниках: Размышления отшельника, любителя роскошного, изданные Л.Тиком», в какой содержится Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков этот очерк. Вакенродер пишет о некоторой рукописи, в какой раскрывается секрет работы Рафаэля. Живописцу, мечтавшему написать деву Марию, во сне является Богоматерь: «Однажды ночкой, когда он, как бывало уже не раз, во сне молился пресвятой деве, он вдруг проснулся со стесненным сердечком. В ночной тьме его взор был Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков привлечен сияньем на стенке, как раз насупротив его ложа, и когда он вгляделся, то увидел, что это сияет нежнейшим светом его незавершенное изображение мадонны, висящее на стенке, и что оно стало совсем законченной и исполненной жизнью картиной. Она смотрела на него взором, непередаваемо трогающим душу, и казалось Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков, вот-вот шевельнется; ему почудилось, что она точно шевельнулась. Более всего удивило его, что это был как раз тот образ, которого он всегда находил, хотя до сего времени имел о нём всего только смутное и неясное предчувствие. Рафаэль не помнит, как опять завладел им сон. На последующее утро он пробудился Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков вроде бы вновь рождённым на свет; видение навеки чётко отпечатлелось в его душе, и сейчас ему удавалось всегда изображать матерь божию таковой, какою она виделась его внутреннему взгляду, и сам он с того времени смотрел на собственные картины с благоговением».

Так Вакенродер заявляет, что вдохновение – это божественный дар; озарение, виде Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков́ние, одномоментно схватываемое художником-творцом во сне. Вакенродер переносит живописную проблематику в литературу и открывает длинноватую вереницу литературных текстов о живописи. Благодаря его легенде, «Сикстинская мадонна» Рафаэля становится источником увлечения романтиков мыслью о божественной природе вдохновения. Описание картины в письмах и стихотворениях (экфрасис) писателей первой половины XIX века Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков сопровождается неизменными мотивами: мечтания художника об эталоне; откровение, дарованное ему в экстазе либо сновидении; конкретная помощь неба.

В апреле 1821 года 6 раз посещает картинную галерею в Дрездене Жуковский. Самое сильное воспоминание на него производит «Сикстинская Мадонна» Рафаэля. Он пишет письмо о поездке супруге Николая I княгине Александре Федоровне, пересказывая легенду Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков о Рафаэле, но не упоминая имени Вакенродера: «Однажды он (Рафаэль) уснул с мыслию о Мадонне, и правильно какой-либо ангел разбудил его. Он вскочил: она тут! заорал он, указав на полотно, и начертил 1-ый набросок. И по правде, это не картина, а видение…»

Жуковский, созерцающий картину, даёт словесный Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков портрет не Мадонне, но её виду, что на самом деле принуждает его отрешиться от описания полотна. В итоге выходит негативная репрезентация с включением в экфрасис бессчетных отрицательных и противительных конструкций, придающих тексту значение неопределенности: «Он писал не для глаз, все обнимающих во мгновение и на мгновение, но для души, которая, чем более Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков отыскивает, тем паче находит. В Богоматери, идущей по небесам, незаметно никакого движения; но чем более смотришь на нее, тем паче кажется, что она приближается. На лице ее ничто не выражено, другими словами, на нем нет выражения понятного, имеющего определенное имя; но в нем находишь, в каком-то загадочном соединении Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков, все: спокойствие, чистоту, величие и даже чувство, но чувство, уже перешедшее за границу земного, как следует, мирное, неизменное, не способное уже возмутить ясности духовной. В очах ее нет блистания ; но в их есть какая-то глубочайшая, расчудесная мгла; в их есть некий взгляд, никуда в особенности Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков не устремленный, но будто бы видящий необъятное». Из описания картины текст преобразуется в рассказ о виде́нии и о ви́дении.

Жуковский чуть по другому пересказывает историю сотворения «Сикстинской мадонны»: в его интерпретации Рафаэль, лицезрев образ, сходу кидается к картине и отрисовывают её. Кажется, что он действует как богомаз, только механически переносящий Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков образ, явленный выше. Но В.А. Жуковский фиксирует внимание читателя на сотворении при помощи духовных сил: «Здесь душа живописца, без всяких хитростей искусства, но с удивительною простотою и легкостию, передала холстине то волшебство, которое во внутренности ее совершилось».

Любопытно, что в полемику с Жуковским вступает узнаваемый критик и публицист Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков В. Г. Белинский, который был в Дрездене во время поездки за границу в 1847 году и три раза посетил Дрезденскую картинную галерею. Белинский ассоциирует свои воспоминания с тем описанием, которое даёт Жуковский, и пишет в письме к Боткину, что «мадонна Рафаэля и мадонна, описанная Жуковским под именованием Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков Рафаэлевой, – две совсем разные картины, не имеющие меж собою ничего общего, ничего схожего. Мадонна Рафаэля – фигура строго традиционная и нисколечко не романтическая». Реакция критика, на наш взор, является неплохой иллюстрацией для доказательства того, что экфрасис не является «копией 2-ой степени», его специфичность состоит в том, что он выражает особое вѝдение, постижение Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков картины.

В любом случае, интерпретация Жуковского оказывается пользующейся популярностью и служит источником для текстов других российских писателей.

Сначала 20-х гг. в Дрездене находится не только лишь Жуковский, да и Кюхельбекер, принявший предложение князя А. Л. Нарышкина стать его секретарём в путешествии по Европе и тем избежать Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков наказания за вольнолюбивые настроения, проявившиеся и в литературной деятельности поэта. Свои воспоминания от поездки Кюхельбекер излагает в книжке «Путешествие» (1824-1825), которая представляет собой серию писем, адресованных друзьям. Письма, посвященные дрезденской галерее и её картинам, он публикует в альманахе «Мнемозина», издаваемом вместе с Одоевским. Особенное место в их занимает описание картины Рафаэля «Сикстинская мадонна Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков». Кюхельбекер лицезреет в Мадонне олицетворение небесной чистоты, вечности, спокойствия. Исходящая от Мадонны кротость принуждает российского путника все подольше глядеть на нее и чувствовать божественную, преображающую роль. В «Отрывке из путешествия по Германии» он пишет: «Кротость, дивная кротость на устах мамы приковала мои взгляды: я не способен расстаться Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков с сим явлением, если б и гром небесный готов был истребить меня недостойного! Поглядите, она все преобразует вокруг себя. Мысли и мечты, которые озаряли и грели мою душу, когда глядел на сию единственную богоматерь, я обрисовать сейчас уже не в состоянии: но я ощущал себя наилучшим каждый раз, когда ворачивался Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков от нее домой». Кюхельбекер также затрагивает легенду Вакенродера, упоминая о том, что многие живописцы представляли для себя Мадонну, но явилась она только Рафаэлю. В приведённом отрывке становится видна мысль проникания святости через видение к художнику, а потом и через картину к зрителю.

По-особенному экфрасис преобразуется в Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков стихотворении Фета «К Сикстинской мадонне» (1864). В названии находится тяготеющее к адресующее молитвенное «К», текст приобретает признаки обращенного слова.

И, преклонясь, с Варварою готовы

Молиться ей мы на коленях сами

Либо, как Сикст, блаженными глазами

Встречать того, кто рабства сверг кандалы.

Как ангелов, малышей окрыленных,

Узришь и нас, о дева! не смущенных:

Тут потухает пред Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков тобой тревога.

Таковой для тебя, Рафаэль, вестник бога,

Для тебя и нам явил твой сон расчудесный

Королеву жен - царицею небесной.

Тут представлен принципиальный для восприятия произведений религиозной живописи эффект соучастия, соприсутствия. Сейчас уже не только лишь Мадонна направляется из сакрального в мирское, да и зритель из мирского в сакральное Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков. В картине, а потом и в экфрастических текстах, реализуется принципиальная для романтиков мысль двоемирия (небо, обрамлённое портьерами, разграничивающими место, и сама Мадонна, соединяющая два мира).

Любопытно, что в своём стихотворении Фет произнес и о святой Варваре, и о Сиксте, но так и не отважился обрисовать её. О Мадонне только говорится Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков вскользь, выходит неописуемый, священный образ, которого поэт только касается «У ног ее земля под тучами, / На воздухе вечные покровы»…

Молитвенное начало выслеживается у Плещеева в стихотворении «При посылке Рафаэлевой мадонны» (1853). Молитвенное воззвание уже явлено перед стихотворением эпиграфом из «Молитвы» М.Ю. Лермонтова. И оно же его обрамляет, обозначаясь в дальнейшем Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков:

Вы обретете вновь всю силу упованья,

И теплую мольбу произнесут уста,

Когда предстанет вам Рафаэля созданье,

Мадонна незапятнанная, обнявшая Христа!

Не угасала вера в ней и сердечко не роптало,

Но к небу идея всегда была устремлена;

О, будьте же и вы - что б вас ни ждало -

Исполнены любви и Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков веры, как она!

Да не смущает вас духовная тревога;

Да не утратите средь актуального зла,

Как не утратила святая матерь бога,

Вы сердца чистоты и ясности чела.

Можно увидеть, что рецепция российских романтиков XIX века выражалась не в «просто описании красочного изображения Мадонны». Исходя из специфичности прошлых Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков и следующих текстов, можно прийти к выводу о том, что экфрасис в их был неразрывно связан с особенным религиозным чувством. Таким макаром, экфрасис стремится к расширению границ, воплощая в слове то, что не явлено на картине, но постижимо при помощи погружения религиозного сознания в «плоть» искусства.

План ответа: 1. Очерк «Видения Рафаэля Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков» Вакенродера. Миф о художнике, творящем по божественному наитию. Литературные тексты о живописи (экфрасис). 2. И.А. Жуковский: письмо Александре Федоровне (1821). Негативная репрезентация: изображение неизобразимого, неописуемо выразимое. Белинский: уникальность описания. 3. Письма Кюхельбекера в альманахе «Мнемозина» (1824-1825): проникновение святости через видения к художнику, а потом и через картину к зрителю. 4. Стихотворение А Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков.А. Фета «К Сикстинской мадонне» (1864): эффект соучастия, мысль двоемирия в картине и стихотворении. 5. Плещеев А.Н. «При посылке Рафаэлевой мадонны» (1853): молитвенное воззвание (от картины у зрителя, в стихотворении к читателям). 6. Вывод: связь экфрасиса с религиозным чувством, уникальность интерпретаций российских романтиков, расширение границ описания.

Исследования, критика:

Меднис Н. «Религиозный экфрасис» в Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков российской литературе // Критика и семиотика. Вып. 10. – Новосибирск, 2006.

Михайлов А.В. Вильгельм Генрих Вакенродер и романтичный культ Рафаэля // Михайлов А.В. Языки культуры. Учебное пособие по культурологии. – М., 1997.

Морозова Н.Г. Экфрасис в российской прозе. – Новосибирск, 2008.

Токарев Д. Дескриптивный и нарративный нюансы экфрасиса // "Неописуемо выразимое": экфрасис и препядствия Билет 8. Легенда о Рафаэле в рецепции русских романтиков репрезентации зрительного в художественном тексте: [сб. ст.] / РАН. Институт российской литературы (Пушкинский Дом); сост. Д.В. Токарев; науч. ред. Д.В. Токарев. – М., 2013.


bioenergeticheskie-osnovi-psihicheskoj-samoregulyacii-biologicheskoe-pole.html
bioenergetika-bioenergeticheskoe-celitelstvo.html
bioenergoinformatika-i-kompetentnie-vedomstva.html